Спецпроект журнала «Hello!»

Александр вошел в Книгу рекордов Гиннесса как человек, который в течении месяца глодал берцовую кость овцы.

«Безусловно, юмор помогает, юмор спасает, юмор даже предохраняет иногда»

Иван Ургант и Александр Цекало

Благодаря Льюису Кэроллу все мы знаем, что время не проведешь. Но оказывается, провести его все-таки можно. Как? Весело! И наши герои овладели этим мастерством в совершенстве.

Для таких, как Ургант и Цекало, есть отличное определение — смехачи. Все, что делает эта парочка, как минимум вызывает улыбку. Они играют словами не хуже, чем герои Льюиса Кэрролла. Если бы Ивану и Александру довелось попасть в его знаменитое Зазеркалье, то они вполне сошли бы там за своих. Мы взяли эту мысль за основу и придумали для наших героев специальную юмористическую фотосессию. Они идею с радостью подхватили, благо настроение было праздничное — накануне отмечали день рождения Цекало. Ну а что до разговора, то он получился именно таким, каким бывает разговор за кэрролловским чаепитием — ни о чем конкретном и обо всем сразу.

«Я люблю телевидение: стрекотание камер, перешептывание работников аппаратной, шелест сценарных страниц, щекотание ноздрей кисточками гримеров», — говорит Иван Ургант

— Александр, вы вчера день рождения отметили. Тут же хочется спросить, как чувствуете себя?

Александр. Спасибо, чувствую себя отлично. Я вообще не понимаю, что такое 49 лет, что такое возраст? Для меня главное — не попасть в категорию молодящихся звезд российской эстрады, которые красят волосы, одеваются в вещи, не свойственные их положению и статусу. Я думаю, что мне хватит самообладания, чтобы этого не делать. Благо моя работа предполагает ироническое отношение к себе.

— Иван, что подарили Александру, если не секрет?

Иван. Я подарил Александру нужный и в то же время важный подарок. Если вы смотрите программу «Прожекторперисхилтон», то знаете, что в конце мы играем на музыкальных инструментах и поем. Так вот два года назад безжалостным жребием было определено, что именно Саша будет играть на бас-гитаре. Все это время он совершенствовал свое мастерство, и теперь вслед за такими именами, как Стэнли Кларк, Маркус Миллер, Жако Пасториус, на пантеоне бас-гитаристов будет высечена фамилия Цекало. В общем, я подарил Саше бас-гитару и все необходимые аксессуары: кабель переменного тока, звукоусиливающую аппаратуру, метроном. А зеркало я подарил ему на прошлый день рождения.

— Мы встречаемся с вами накануне 1 апреля, и, как мне кажется, это— самый страшный праздник для всех, кто профессионально занимается юмором. Страшный потому, что хочешь не хочешь, а надо шутить и отвечать на вопросы журналистов о смешных случаях на съемочных площадках, рассказывать любимые анекдоты и так далее. Вы уже с покорностью принимаете эти издержки профессии?

Иван. Назовем такие вопросы «Вехи журналистского мастерства, или Десять заповедей интервьюера». Абсурд заключается в том, что смешные случаи, происходящие на съемочной площадке, давно смыты лавиной журналистских вопросов об этих случаях.

Деньги и слава практически никогда не бывают на телевидении у одного человека. Потому что слава — у ведущего, деньги — у продюсера.

Александр. Я по-прежнему считаю эти вопросы дурацкими. Потому что на съемочной площадке смешных ситуаций не бывает. Бывают экстремальные, и вызывать они могут только нервные смешки и сердечный приступ у продюсера. Потому что это работа. Если мы, например, будем говорить про «Большую разницу», то это адский труд. Причем не столько для нас с Ваней как для ведущих, сколько для сценаристов, режиссеров и актеров. Что же тут смешного?

Иван. Для меня 1 апреля — это не только День смеха, но еще и день рождения Владимира Владимировича Познера, мы объединяем эти праздники. Сценарий один: Владимир Владимирович сидит на троне и заразительно смеется, а я в костюме пажа примеряю ему туфельку. А еще 15 лет назад 1 апреля появился канал ОРТ, который впоследствии стал Первым. И это не шутка.

— В какой самой неловкой ситуации у вас получалось удачно отшутиться?

Александр. Я продюсировал один мюзикл, и на стадии формирования бюджета очень неудачно поиграл в футбол — порвал ахиллово сухожилие. А это автоматически означает операцию, месяц в больнице и три месяца с жесткой повязкой. Ногу врачи предписали держать только в горизонтальном состоянии. Но работать-то надо, ждать меня никто не будет. И вот какое-то время я ходил по разным организациям, пытаясь договориться о финансировании. Меня принимали руководители разного ранга, секретарши спрашивали, что мне нужно: «Чай, кофе?» А я говорил: «Стул». Мне приносили стул, и я клал на него ногу. Более неловкой ситуации для меня как для просителя представить невозможно. Но я как-то с помощью шуток доводил положение до гротеска и даже умудрялся расположить к себе собеседника. Это, пожалуй, единственный подобный случай. Я домой-то не всегда успеваю попасть, куда уж там до неловких ситуаций!

Иван. Как показывает мой опыт, не во всякой неловкой ситуации можно отшутиться, поэтому у меня всегда с собой наготове мазь от ожогов, эластичный бинт и стеклянный глаз. Но, безусловно, юмор помогает, юмор спасает, юмор даже предохраняет иногда!

— Вы уже сколько лет с Александром вместе — я имею в виду, сколько лет дуэтом выступаете?

Иван. Вы знаете, у меня ощущение, что мы с Александром вместе уже очень давно. Оглядываясь назад, могу сказать: занимая смехотворную денежную сумму у обаятельного, располагающего к себе бородача, помните, что, возможно, вам придется долгие годы стоять с ним рядом на сцене и в кадре.

Александр. Мы знакомы где-то три с половиной года. И познакомились как раз на мероприятии, которое вместе вели. Это было зимой, в Питере, на морозе. Я, конечно, и до этого знал, что есть Ваня, что он очень хороший телеведущий. И когда был генеральным продюсером на СТС, очень просил генерального директора перекупить Ваню у канала «Россия». Мне не вняли, и очень скоро Ургант оказался на Первом.

— Самый смешной гонорар, который вам предлагали за выступление?

Иван. Пожалуй, это была та самая попытка Александра Цекало перекупить меня у канала «Россия». Причем насмешила не сумма, а то, что деньги были плотно утрамбованы в термос.

Александр. С деньгами у меня был смешной случай, но связан он не с гонорарами. Я в середине 90-х выиграл суд у одной газеты, которая напечатала про меня неправду. Иск был на 100 тысяч долларов или что-то вроде того — за клевету и оскорбление чести и достоинства. Газета подала апелляцию, и второй суд решил, что сумму иска нужно снизить до тысячи долларов. Что здесь смешного, спросите вы? Смешно, что я назначил цену своим чести и достоинству, и вдвойне смешно, что суд потом решил, что не так дорого они на самом деле стоят.

В гости мы пока еще не ходили друг к другу. Но это связано с тем, что до сих пор находимся в стадии строительства своих домов.

— Что вас держит на телевидении, кроме денег и славы?

Иван. Надо же, как вы сократили количество причин нашего пребывания на телевидении! В качестве ответа приведу слова, наколотые у меня на предплечье — «Я люблю Останкино».

Александр. Тут нужно хорошо понимать ситуацию. Деньги и слава практически никогда не бывают на телевидении у одного человека. Потому что слава — у ведущего, деньги — у продюсера. Ведущий непосредственно на телевидении много денег не получает. Он работает на имя, чтобы уже потом его приглашали вести разные мероприятия, сниматься в рекламе и платили за это хорошие гонорары. Продюсеру хороший ведущий нужен, чтобы собирать под него рекламу. Но, по сути, ведущий и продюсер могут спокойно прожить друг без друга. Что тогда их объединяет в работе над общим проектом? То, что одному интересно вести программу, а другому — ее производить. Так и выходит, что нас тут всех на телевидении держит интерес.

Иван. А я люблю телевидение за стрекотание камер, перешептывание работников аппаратной, шелест сценарных страниц, щекотание ноздрей кисточками гримера…

— Читатели интересуются, что вы там все время пьете на программе «Прожекторперисхилтон»?

Иван. Чай и воду.

—А почему вам тогда так смешно?

Иван. Вы полагаете, что основным источником смеха для нас являются на этой программе напитки, которые мы употребляем? Посмотрите внимательнее, и вы поймете, что никакого отношения к напиткам и еде наш смех не имеет.

— Вы общаетесь в нерабочее время? В гости друг к другу ходите?

Александр. Мы дружим семьями и даже выезжаем вместе куда-то отдыхать. У наших детей относительно небольшая разница в возрасте. В общем, много точек соприкосновения помимо работы.

Иван. В гости мы пока еще не ходили друг к другу. Но это связано с тем, что до сих пор находимся в стадии строительства своих домов. Понимаете, Александр не кассирша из супермаркета, его куда попало не пригласишь. Во-первых, нужна хорошая планировка дома — понятная и простая, чтобы Александр, зайдя в дом, нашел и выход из него.

Александр. Нашел еду, а потом выход.

Иван. Не найдя при этом драгоценностей и теплых вещей.

Александр. Такое бывает крайне редко, потому что перед моим приходом в гости жена Ивана собирает все ценные вещи, детей и уезжает в Питер.

Иван. Можно и так сказать. На самом деле мы собираем все драгоценности и несем их в ломбард, чтобы купить те яства, которыми можно было бы заманить Александра. Потому что, как вы понимаете, на щи из крапивы он не пойдет.

— О, Александр, так тогда вам надо вести кулинарное шоу, а не Ивану! Вам уж точно зритель поверит больше, чем, например, Юлии Высоцкой. По вам видно, что поесть вы любите, а глядя на Юлю, кажется, что она на обед салатный лист минералкой запивает.

Александр. Я работаю над заменой ведущего в программе «Смак», но не все сразу. Хотя, откуда пошел миф о моем сверхъестественном чревоугодии, я не знаю. Иван ест больше, чем я, чаще и весьма неопрятно.

Мы знакомы где-то три с половиной года. И познакомились как раз на мероприятии, которое вместе вели. Это было зимой, в Питере, на морозе.

Иван. А Александр вошел в Книгу рекордов Гиннесса как человек, который в течение месяца глодал берцовую кость овцы.

— Раз пошел разговор о таких интимных вещах, то ответьте честно: почему вы оба женились тайно?

Александр. Тайно? Что здесь тайного?

— Ну как: никаких тебе репортажей в журналах и газетах, никаких интервью с историями любви.

Александр. Тайного не было ничего. Я женился в Москве, ни от кого не скрывался. Просто я так давно не говорю со страниц прессы о личной жизни, что в какой-то момент журналисты следить за ней перестали. А когда снова стало интересно, было уже поздно. И то, что на страницах журналов нет наших с женой фотографий и рассказов о любви, говорит лишь о моей нечеловеческой скромности.

— Какие-то вы неправильные звезды!

Александр. Правильные звезды продают свои интервью за большие миллионы.

Иван. За интервью платят деньги? Правда? С этого момента я отказываюсь говорить!

— Хорошо, если мы вам сейчас заплатим, то на что вы эти деньги потратите?

Иван. Я куплю что-нибудь Александру, чтобы его обрадовать. Что-нибудь очень нужное. Например, твидовую попону или чучело вальдшнепа.

Александр. Подошла к концу наша традиционная рубрика «Минута ереси». Всем спасибо! Все свободны!

Текст: Максим Андриянов
Фото: Константин Рынков

Источник: Журнал HELLO.